Борьба за колоски
Пока шла Великая Отечественная война, советское общество было единым. Но не прошло и года после Победы, как одна часть общества стала неприязненно относиться к другой и даже не считала нужным скрывать своих чувств. Недоброжелательное отношение городских жителей к приехавшим в город за продуктами колхозникам граничило с враждебностью.
Стоявший в многочасовой очереди за хлебом крестьянин вызывал всеобщее недовольство горожан, и никто из них не задумывался над тем, почему хлебороб остался без хлеба и вынужден покупать его в городском коммерческом магазине. Дело в том, что все жители сельской местности не получали карточек на продовольствие и промтовары. Предполагалось, что все необходимые продукты колхозник получает за трудодни в колхозе или выращивает на своём приусадебном участке. Централизованное государственное снабжение было организовано таким образом, что в деревне нельзя было купить даже те специфические товары, которые никому, кроме крестьян, не были нужны. За жбанами, бочками, вёдрами, граблями, хомутами и дугами крестьяне были вынуждены ездить в город. Откуда же у них были деньги для этих покупок? От продажи на рынке картофеля и овощей, мяса и молока, яиц и масла. Цены на эти продукты были высокими: килограмм деревенского сала стоил на рынке 200 рублей — это были очень большие деньги. В июне 1946 года 230,9 тысячи москвичей (11,9 процента всех столичных рабочих и служащих) за эти деньги работали целый месяц. Именно с деревенским салом ассоциировались представления колхозников о вольной и сытой жизни. «Колхозники ни один не доволен колхозами, они говорят, что если бы не было колхоза, мы бы жили — деревни, села и города. Сало с салом ели.
Картофель — этот „второй хлеб“ и основной продукт питания москвичей — на столичном рынке стоил: в ноябре 1941 года — 8 рублей килограмм, в декабре, после контрнаступления Красной Армии, картошка подешевела и стала стоить 6-7 рублей; в конце марта 1942 года хорошая картошка стоила уже 50 рублей, мороженую продавали за 20-25 рублей; в апреле 1943 года — 120 рублей килограмм, в августе того же года цены снизились, но оставались всё ещё очень высокими — 82 рубля килограмм. 1943 год ознаменовался не только коренным переломом в ходе Великой Отечественной войны, но и максимальным уровнем цен на колхозном рынке. В мае этого года цены на городских колхозных рынках превысили довоенный уровень в 17 раз, после чего началось их снижение. В конце 1945 года килограмм картошки продавался на рынке уже за 7 рублей, что, однако, было почти в 8 раз дороже, чем в магазине. На колхозном рынке картофель выполнял роль всеобщего эквивалента. „Все цены приноровлены к картошке. Один кусок хозяйственного мыла — 2 кило, пара ботинок — 8 кило, штаны — 10 кило, пила — 5 кило, носовой платок — кило. За колхозными санями с картошкой очередь вьётся змеёй.
Торгующий на столичном рынке колхозник однозначно воспринимался рядовыми москвичами как спекулянт. Тем более что ещё в 1933 году товарищ Сталин произнёс знаменательную фразу: "… Сами колхозники иногда не прочь пуститься в спекуляцию, что не делает им, конечно, чести"4. И мало кто знал, что этот «спекулянт» был обязан не только трудиться в колхозе и под угрозой уголовного наказания вырабатывать обязательный минимум трудодней, но и нёс тягостное бремя, уплачивая сельскохозяйственный налог со своего приусадебного участка.
читайте полный текст,